Забыли пароль?
 
Войти
через
  
Интервью с Ильей Нодия: истории в словах и картинках
Бывало у вас такое: встречаешь совершенно незнакомого человека – и через полчаса уже общаешься с ним как с двоюродным братом или соседом-однокашником? Только в случае с Ильей Нодия это не какое-то удивительное совпадение лексики, юмора и взглядов на вещи – честно говоря, тебе с ним и совпадать-то нечем. Здесь дело в самом Илье, который, уверена, придется братом или соседом чуть ли не каждому второму человеку, причем совершенно искренне и не специально. Есть в нем какое-то неподдельное любопытство, живой гибкий ум и ровный, спокойный, стабильный интерес к миру – вот ровно в том месте, где у других усталость, раздражение и зацикленность на себе.
Илья взахлеб рассказывает о людях: за словами – большой художник, подмечающий если не главное, то яркое, важное в данный момент. Половина его историй – готовые байки, которые осталось лишь облечь в художественную форму. Это как с его фотографиями: просто картинка – неинтересно, а вот история – совсем другое дело. Давайте послушаем некоторые из его историй.
– Помнишь эту шутку про «Не пытайтесь покинуть Омск?» Вот ты попытался. Получилось? Расскажи о тяготах провинциала на большой столичной земле.
– О да, это распространенная шутка. Не совсем, правда, понятно, откуда именно она идет: то ли оттого, что город действительно угасает, то ли оттого, что омичи – очень притягательный народ и в большинстве своем классный, как и все сибиряки. Мало кто захочет уезжать от таких друзей.
Я свой выбор сделал очень просто: мне нужно было расти как фотографу и как профессионалу. В небольшом городе потолок развития достигается очень быстро, особенно если съемки потоковые. За пару сезонов свадебщики, репортажники и аватарочники успевают снять буквально каждый уголок. Если ты фэшен-фотограф – у тебя обязательно кончатся модели, потому что они тоже уедут. Отличный вариант – быть крутым удаленным ретушером, студийщиком, стокером, промышленным фотографом и часто путешествовать. Но путешествия из Омска очень дорогие.
Я же хотел уйти в сложные, художественные съемки с монтажом, перестать снимать по тысяче фотографий в день, уйти в качество, а не количество. Моя мечта – заниматься созданием одного крутого кадра/визуала в течение долгого времени, готовить скетчи, собирать материал, снимать разные варианты одной идеи и в итоге получить один, но мощный и крутой результат.
Ближе всего к этому, по моим ощущениям, показалась креативная реклама. В Омске такого и близко не найти. В Нью-Йорк уехать не вышло, поэтому мы с девушкой собрали сумки и уехали в никуда. В Москве у нас не было родственников, работы, жилья, с собой у нас было лишь немного денег, которые кончились на пятый день, пара сумок и грипп с температурой 38,7. Так начался для нас первый московский декабрь.
– Обожаю такие истории! Хоть часто они чуть более чем наполовину – художественный вымысел, послушать всегда интересно. Особенно если дальше будут вокзалы с цыганами, работа кочегаром, богатая вдовушка… Нет, серьезно, кто-то до сих пор едет в Москву вот так, наудачу?
– Так ведь ты это потом понимаешь, что, по сути, наудачу, а сперва рассчитываешь на себя в полной мере: ты ведь не какой-то хрен с горы, у тебя портфолио, навыки, деньги на пять первых дней… Смешно, но мое воображаемое «крутое» портфолио сразу разбилось о стены издательств, студий и хедхантеров. Меня не взяли ни в журналы, ни на вакансии потоковых фотографов типа Lamoda, даже на репортажку праздников. Да чего уж там, я даже по специальности никуда не прошел. Решил, что пойду в сервисный отдел «МВидео».
К счастью, через пару месяцев меня принял в свой предметный продакшен фотограф Степан Каморный, где около полугода я снимал в основном текстильные платки и женскую обувь. Это были первые хорошие деньги и конец внутреннего кризиса. Кроме того, во многом благодаря этому человеку я в итоге и определился со своим будущим стилем съемки и впервые поснимал в Европе.
– У тебя на фотографиях полно известных людей. Понятно, что звезды кино – это уже результат успеха. А первых своих звезд как находил? Как вообще искать полезные знакомства начинающему талантливому фотографу?
– Ну, я все-таки не звездный фотограф – в моем портфолио не очень уж много известных людей, я не бываю на шумных вечеринках и не лезу с визитками, пихаясь локтями. Зато те, с кем мне удается поработать, – очень классные.
Главное – желание новых контактов. Я частенько пишу всем, кто мне нравится: компании, заведения, звезды, стартапы, журналы – это не осознанный план или хитрый маркетинг, а просто желание дружить с крутыми командами и людьми, и фотография с этим очень помогает. К примеру, я прихожу в кофейню, и ребята делают для меня самый невероятный кофе в моей жизни. Безусловно, я хочу узнать, как они это сделали, откуда привезли зерна, и, конечно же, я хочу сфотографировать их. Так мы подружились с «ДаблБи». Или, к примеру, я нахожу статью о новом и дичайше крутом проекте, в котором ты можешь на время оказаться в подводной лодке, ограбить банк или сразиться с рыцарем. Конечно же, я хочу написать о них историю для своих друзей и снять пару крутых кадров. Так мы подружились «Клаустрофобией», через год ставшей самой крупной и крутой квест-компанией в мире.
Мои снимки, истории и дружеский подход к клиентам распространяется как вирус, и это – самая чудесная реклама самого себя. Конечно, если ты не мудак, потому что одна ошибка – и плохая история обрушит твои контакты. Здесь, конечно, может родиться другой подход: стать аскетичным, ворчливым и невыносимым суперпрофессионалом с тяжелым характером. Такие засранцы также чертовски привлекательны.
С этим подходом тоже случаются разные смешные истории. Однажды мне просто написал Артем Барышников, режиссер монтажа, и сказал: «слушай, ты меня не знаешь, но я видел твои фотки – не хочешь поработать с нами на одном проекте? Мы снимаем фильм с Костей Хабенским».
Другая забавная история: будучи в Англии, у маяка на Holy Island, я увидел, как парень делает предложение своей девушке. После этой трогательной сцены я, конечно же, подбежал с ним – и типа такой: «чуваки, черт, вы такие классные! Это невероятный момент! Разрешите, я сделаю для вас самый крутой снимок в вашей жизни прямо здесь, сейчас и бесплатно?!». И что ты думаешь? Эти засранецы отказались и попросили моих друзей сфотографировать их на память на телефон. Я был в полном расстройстве.
image
– А твои уличные портреты? По мне, так это чуть ли не самые яркие твои работы. Как ты уговаривал незнакомых людей тебе позировать? На скольких языках тебя материли, сколько раз били?
– Знаешь, раньше я так стеснялся взрослых людей, что не мог на весь салон попросить маршрутку остановиться. В итоге ждал, когда кто-то это сделает за меня, нередко уезжая далеко и не туда. Или, например, позвонить в кинотеатр и забронировать билеты – ужас!
Свадьбы сделали меня очень общительным и помогли преодолеть страх общения с незнакомцами. А вот на улицах Европы, останавливая спешащих по своим делам людей, с дебильным произношением в стиле «МГИМО ФИНИШД», я окончательно переборол себя. Я придумывал разные уловки: рассказывал о том, что я приехал из маленького сибирского городка, про творческий проект, выставку и все такое. Но решающим фактором были фотографии – показать человеку примеры работ. Здесь сразу понятно – да или нет. Отказов иногда больше, иногда меньше, главное – найти правильного человека в толпе, а это уже только чутье и немного удачи. Самая крутая портретная поездка, полная невероятных историй и лиц, была в Англии. «Русский?! Офигеть, никогда прежде не видел живого русского!» – восторженно орали нам в пригородах и были готовы на что угодно.
Одна из моих любимых историй – самая первая. Мы со Степаном сфотографировали темнокожего бродягу с гитарой в Париже, и я так волновался, что даже забыл спросить его имя. Через год мы вернулись в Париж, и за пару дней я смог вновь отыскать его на улицах, чтобы спросить имя. Бродягу звали Эльмандо. Сейчас лечу в Амстердам и, кстати, планирую зацепить там пару новых историй.
– Скажи, вот эта часть работы – коммуникации – она тебе нравится или, наоборот, раздражает? Не возникает синдрома усталого менеджера по продажам, когда ты просто вусмерть задолбался продавать себя и хочешь, я не знаю, стать немым фотографом?
– С этим все предельно просто – я лох. Я не умею и мне не нравится себя продавать. Поэтому над большими и крупными проектами я работаю через агентства или продакшены. Все остальные клиенты по общению и отношению – практически мои друзья. У меня самые лучшие клиенты, я их обожаю и постоянно пишу об их проектах.
– Чувак, у тебя семь с половиной тысяч друзей во ВКонтакте! Семь! С половиной! Тысяч! Это не считая тьмы подписчиков. Мне кажется, ты уже сделал половину работы твоих агентств. Кстати, ты ведь много и интересно пишешь. Это зов души, одна из граней таланта?
– Я с юности огромный фанат статей, книг и шоу Джереми Кларксона. Обожаю его скандальный слог и умение писать так, как будто бы он сидит напротив тебя и просто рассказывает смешные истории, подкрепляя их жизненным опытом и здоровой самокритикой. Я, конечно, далек от его стиля повествования, но мне тоже есть что рассказать и чем повеселить друзей.
– Давай непосредственно о твоем фотографическом стиле. Кто из известных фотографов, живописцев, дизайнеров повлиял на тебя? Почему в итоге твои работы – вот такие?
– О, это большинство узнаваемых американских фотографов. Мои основные кумиры – это Dean Bradshaw, Joey L и, конечно же, великий и ужасный Gregory Crewdson. Вот и все, дальше уже идет бесконечный поток проектов на Behance и всякое разное кино. Я стараюсь пропускать через себя много хороших и востребованных картинок, обдумывать их и на своих проектах создавать что-то свое с упором на богатый визуальный опыт. Это работает лучше всяких учебников по композиции.
– Тебя часто называют самым западным фотографом из российских. Почему «западный» у нас до сих пор – синоним определенного качества?
– Если честно, то я немного стесняюсь подобных титулов. Западная фотография в наших головах ассоциируется с непревзойденным качеством и эффектной картинкой. Что ж, пожалуй, я смогу сходу назвать тебе парочку фотографов и агентств, которые работают в России и снимают круче и «западнее» меня. Мы хорошо дружим, и они очень классные ребята, приятно работать с ними в совместных проектах.
– В России есть яркие прорывы? Следишь за успехами коллег? Посещаешь вообще выставки, специальные мероприятия? Назови любимых русских фотографов.
– Мне кажется, их очень много на самом деле. К сожалению, я очень мало слежу за коллегами, потому что медиапространство и фотосайты перенасыщены однотипными фотографиями. Так что, в общем и целом, я не очень хорошо знаю рынок российской фотографии. Выставки для меня – это вообще темный лес. Я прихожу туда – и чувствую себя идиотом. Совершенно ничего не понимаю в большинстве экспозиций, а современное искусство – так это вообще кошмар, как и фотовстречи. Это же с ума можно сойти – встречаться и целый вечер говорить только о фотографии и аппаратуре. Фотографы – жуткие зануды.
Что касается фамилий – черт побери, я очень боюсь кого-то упустить, потому что хороших друзей–фотографов у меня много. Ну ладно, пусть будут, например, Ашот Геворкян, Рома Шаленкин и дизайн-агентство Feel Factory. Мне понравилось общаться с Ильей Рашапом, мы, например, посетили МК друг друга и остались довольны – он классный дядька. Fundamental Agency, созданное рекламным фотографом Димой Гущиным, собрало в себе классных чуваков. Женя Сафронов, которого мы пригласили в «Клаустрофобию» из Волгограда, теперь целиком возглавил фотоотдел и офигенно снимает квесты. Черт, ты меня поймала врасплох у ворот Шереметьево – напиши про это! Я сидел на чемодане и ел курочку, а тут ты – с важными вопросами. Потому что все, кого я назвал, – это бесконечно малый процент от тех, кого я хотел бы назвать, у меня дурацкая память на имена и мне снова стыдно.
– Мы тут людей учим, поэтому – вопрос традиционный: посоветуй что-то важное, что может чему-то научить: книги, фильмы, сайты? Можно в профессиональном плане, можно – в житейском.
– С этим намного проще, чем кажется. Смотрите фильмы, слушайте музыку и читайте книги, от которых вас дико прет. Весь этот материал будет откладываться в вашей голове и в конце-концов формировать ваше восприятие мира и переносить визуальный опыт на ваши работы, формируя тот самый стиль. Это относится не только к фотографам. Например, режиссер Алексей Красовский сменил почти десяток полноценных профессий и даже успел поработать хирургом. Поверьте, ему есть что рассказать вам. Я, к примеру, использую чужой жизненный опыт – пишу истории о таких интересных людях.
– Не хочешь попробовать себя в видеосъемке, еще каких-то направлениях? Какой вообще следующий рывок?
– О, здесь ты попала в самую точку. Я очень хочу попробовать поснимать видео, мне кажется, это очень интересным и перспективным направлением. Что касается следующего рывка, мне, безусловно, хочется получить большой международный опыт работы. Сейчас я стараюсь стремиться к этому.
– Читательницы интересуются: кто тебя вдохновляет? Вообще-то, они интересуются «что», но я сразу к сути вопроса...
– Что касается вдохновения – думаю, тут все ясно. Меня вдохновляет все, что окружает меня – в основном, это люди, страны, истории, проекты и кино. Есть ли здесь место женщине? Конечно! Моя жена – первый человек, с которым я советуюсь о проектах, идеях. Кроме того, она главный критик моих работ.
Приглашаем на трехдневный онлайн мастер-класс Ильи Нодия «Как снять историю: практикум Ильи Нодия», на котором будут созданы реальные авторские фотопроекты: от начала – и до конца.
Алена Чорнобай avatar
Стальная женщина-пиарщик, расслабленная литературным институтом. Способна написать пресс-релиз гекзаметром, перешутить комика и перекричать пароходный гудок. Единственный блогер, которому официально разрешено использовать обсценную лексику. Пишет летопись школы.
Комментарии (1)
Чтобы оставить комментарий
Вам нужно войти или зарегистрироваться
Сергей Фомин avatar
Сергей Фомин,7 сентября 2016 в 17:37# | Ответить
Отличная статья, спасибо!
Чтобы оставить комментарий
Вам нужно войти или зарегистрироваться
Задать вопрос