Забыли пароль?
 
Войти
через
  
Интервью с Ильей Нодия: истории в словах и картинках
Бывало у вас такое: встречаешь совершенно незнакомого человека – и через полчаса уже общаешься с ним как с двоюродным братом или соседом-однокашником? Только в случае с Ильей Нодия это не какое-то удивительное совпадение лексики, юмора и взглядов на вещи – честно говоря, тебе с ним и совпадать-то нечем. Здесь дело в самом Илье, который, уверена, придется братом или соседом чуть ли не каждому второму человеку, причем совершенно искренне и не специально. Есть в нем какое-то неподдельное любопытство, живой гибкий ум и ровный, спокойный, стабильный интерес к миру – вот ровно в том месте, где у других усталость, раздражение и зацикленность на себе.
Илья взахлеб рассказывает о людях: за словами – большой художник, подмечающий если не главное, то яркое, важное в данный момент. Половина его историй – готовые байки, которые осталось лишь облечь в художественную форму. Это как с его фотографиями: просто картинка – неинтересно, а вот история – совсем другое дело. Давайте послушаем некоторые из его историй.
– Помнишь эту шутку про «Не пытайтесь покинуть Омск?» Вот ты попытался. Получилось? Расскажи о тяготах провинциала на большой столичной земле.
– О да, это распространенная шутка. Не совсем, правда, понятно, откуда именно она идет: то ли оттого, что город действительно угасает, то ли оттого, что омичи – очень притягательный народ и в большинстве своем классный, как и все сибиряки. Мало кто захочет уезжать от таких друзей.
Я свой выбор сделал очень просто: мне нужно было расти как фотографу и как профессионалу. В небольшом городе потолок развития достигается очень быстро, особенно если съемки потоковые. За пару сезонов свадебщики, репортажники и аватарочники успевают снять буквально каждый уголок. Если ты фэшен-фотограф – у тебя обязательно кончатся модели, потому что они тоже уедут. Отличный вариант – быть крутым удаленным ретушером, студийщиком, стокером, промышленным фотографом и часто путешествовать. Но путешествия из Омска очень дорогие.
Я же хотел уйти в сложные, художественные съемки с монтажом, перестать снимать по тысяче фотографий в день, уйти в качество, а не количество. Моя мечта – заниматься созданием одного крутого кадра/визуала в течение долгого времени, готовить скетчи, собирать материал, снимать разные варианты одной идеи и в итоге получить один, но мощный и крутой результат.
Ближе всего к этому, по моим ощущениям, показалась креативная реклама. В Омске такого и близко не найти. В Нью-Йорк уехать не вышло, поэтому мы с девушкой собрали сумки и уехали в никуда. В Москве у нас не было родственников, работы, жилья, с собой у нас было лишь немного денег, которые кончились на пятый день, пара сумок и грипп с температурой 38,7. Так начался для нас первый московский декабрь.
– Обожаю такие истории! Хоть часто они чуть более чем наполовину – художественный вымысел, послушать всегда интересно. Особенно если дальше будут вокзалы с цыганами, работа кочегаром, богатая вдовушка… Нет, серьезно, кто-то до сих пор едет в Москву вот так, наудачу?
– Так ведь ты это потом понимаешь, что, по сути, наудачу, а сперва рассчитываешь на себя в полной мере: ты ведь не какой-то хрен с горы, у тебя портфолио, навыки, деньги на пять первых дней… Смешно, но мое воображаемое «крутое» портфолио сразу разбилось о стены издательств, студий и хедхантеров. Меня не взяли ни в журналы, ни на вакансии потоковых фотографов типа Lamoda, даже на репортажку праздников. Да чего уж там, я даже по специальности никуда не прошел. Решил, что пойду в сервисный отдел «МВидео».
К счастью, через пару месяцев меня принял в свой предметный продакшен фотограф Степан Каморный, где около полугода я снимал в основном текстильные платки и женскую обувь. Это были первые хорошие деньги и конец внутреннего кризиса. Кроме того, во многом благодаря этому человеку я в итоге и определился со своим будущим стилем съемки и впервые поснимал в Европе.
– У тебя на фотографиях полно известных людей. Понятно, что звезды кино – это уже результат успеха. А первых своих звезд как находил? Как вообще искать полезные знакомства начинающему талантливому фотографу?
– Ну, я все-таки не звездный фотограф – в моем портфолио не очень уж много известных людей, я не бываю на шумных вечеринках и не лезу с визитками, пихаясь локтями. Зато те, с кем мне удается поработать, – очень классные.
Главное – желание новых контактов. Я частенько пишу всем, кто мне нравится: компании, заведения, звезды, стартапы, журналы – это не осознанный план или хитрый маркетинг, а просто желание дружить с крутыми командами и людьми, и фотография с этим очень помогает. К примеру, я прихожу в кофейню, и ребята делают для меня самый невероятный кофе в моей жизни. Безусловно, я хочу узнать, как они это сделали, откуда привезли зерна, и, конечно же, я хочу сфотографировать их. Так мы подружились с «ДаблБи». Или, к примеру, я нахожу статью о новом и дичайше крутом проекте, в котором ты можешь на время оказаться в подводной лодке, ограбить банк или сразиться с рыцарем. Конечно же, я хочу написать о них историю для своих друзей и снять пару крутых кадров. Так мы подружились «Клаустрофобией», через год ставшей самой крупной и крутой квест-компанией в мире.
Мои снимки, истории и дружеский подход к клиентам распространяется как вирус, и это – самая чудесная реклама самого себя. Конечно, если ты не мудак, потому что одна ошибка – и плохая история обрушит твои контакты. Здесь, конечно, может родиться другой подход: стать аскетичным, ворчливым и невыносимым суперпрофессионалом с тяжелым характером. Такие засранцы также чертовски привлекательны.
С этим подходом тоже случаются разные смешные истории. Однажды мне просто написал Артем Барышников, режиссер монтажа, и сказал: «слушай, ты меня не знаешь, но я видел твои фотки – не хочешь поработать с нами на одном проекте? Мы снимаем фильм с Костей Хабенским».
Другая забавная история: будучи в Англии, у маяка на Holy Island, я увидел, как парень делает предложение своей девушке. После этой трогательной сцены я, конечно же, подбежал с ним – и типа такой: «чуваки, черт, вы такие классные! Это невероятный момент! Разрешите, я сделаю для вас самый крутой снимок в вашей жизни прямо здесь, сейчас и бесплатно?!». И что ты думаешь? Эти засранецы отказались и попросили моих друзей сфотографировать их на память на телефон. Я был в полном расстройстве.
image
– А твои уличные портреты? По мне, так это чуть ли не самые яркие твои работы. Как ты уговаривал незнакомых людей тебе позировать? На скольких языках тебя материли, сколько раз били?
– Знаешь, раньше я так стеснялся взрослых людей, что не мог на весь салон попросить маршрутку остановиться. В итоге ждал, когда кто-то это сделает за меня, нередко уезжая далеко и не туда. Или, например, позвонить в кинотеатр и забронировать билеты – ужас!
Свадьбы сделали меня очень общительным и помогли преодолеть страх общения с незнакомцами. А вот на улицах Европы, останавливая спешащих по своим делам людей, с дебильным произношением в стиле «МГИМО ФИНИШД», я окончательно переборол себя. Я придумывал разные уловки: рассказывал о том, что я приехал из маленького сибирского городка, про творческий проект, выставку и все такое. Но решающим фактором были фотографии – показать человеку примеры работ. Здесь сразу понятно – да или нет. Отказов иногда больше, иногда меньше, главное – найти правильного человека в толпе, а это уже только чутье и немного удачи. Самая крутая портретная поездка, полная невероятных историй и лиц, была в Англии. «Русский?! Офигеть, никогда прежде не видел живого русского!» – восторженно орали нам в пригородах и были готовы на что угодно.
Одна из моих любимых историй – самая первая. Мы со Степаном сфотографировали темнокожего бродягу с гитарой в Париже, и я так волновался, что даже забыл спросить его имя. Через год мы вернулись в Париж, и за пару дней я смог вновь отыскать его на улицах, чтобы спросить имя. Бродягу звали Эльмандо. Сейчас лечу в Амстердам и, кстати, планирую зацепить там пару новых историй.
– Скажи, вот эта часть работы – коммуникации – она тебе нравится или, наоборот, раздражает? Не возникает синдрома усталого менеджера по продажам, когда ты просто вусмерть задолбался продавать себя и хочешь, я не знаю, стать немым фотографом?
– С этим все предельно просто – я лох. Я не умею и мне не нравится себя продавать. Поэтому над большими и крупными проектами я работаю через агентства или продакшены. Все остальные клиенты по общению и отношению – практически мои друзья. У меня самые лучшие клиенты, я их обожаю и постоянно пишу об их проектах.
– Чувак, у тебя семь с половиной тысяч друзей во ВКонтакте! Семь! С половиной! Тысяч! Это не считая тьмы подписчиков. Мне кажется, ты уже сделал половину работы твоих агентств. Кстати, ты ведь много и интересно пишешь. Это зов души, одна из граней таланта?
– Я с юности огромный фанат статей, книг и шоу Джереми Кларксона. Обожаю его скандальный слог и умение писать так, как будто бы он сидит напротив тебя и просто рассказывает смешные истории, подкрепляя их жизненным опытом и здоровой самокритикой. Я, конечно, далек от его стиля повествования, но мне тоже есть что рассказать и чем повеселить друзей.
– Давай непосредственно о твоем фотографическом стиле. Кто из известных фотографов, живописцев, дизайнеров повлиял на тебя? Почему в итоге твои работы – вот такие?
– О, это большинство узнаваемых американских фотографов. Мои основные кумиры – это Dean Bradshaw, Joey L и, конечно же, великий и ужасный Gregory Crewdson. Вот и все, дальше уже идет бесконечный поток проектов на Behance и всякое разное кино. Я стараюсь пропускать через себя много хороших и востребованных картинок, обдумывать их и на своих проектах создавать что-то свое с упором на богатый визуальный опыт. Это работает лучше всяких учебников по композиции.
– Тебя часто называют самым западным фотографом из российских. Почему «западный» у нас до сих пор – синоним определенного качества?
– Если честно, то я немного стесняюсь подобных титулов. Западная фотография в наших головах ассоциируется с непревзойденным качеством и эффектной картинкой. Что ж, пожалуй, я смогу сходу назвать тебе парочку фотографов и агентств, которые работают в России и снимают круче и «западнее» меня. Мы хорошо дружим, и они очень классные ребята, приятно работать с ними в совместных проектах.
– В России есть яркие прорывы? Следишь за успехами коллег? Посещаешь вообще выставки, специальные мероприятия? Назови любимых русских фотографов.
– Мне кажется, их очень много на самом деле. К сожалению, я очень мало слежу за коллегами, потому что медиапространство и фотосайты перенасыщены однотипными фотографиями. Так что, в общем и целом, я не очень хорошо знаю рынок российской фотографии. Выставки для меня – это вообще темный лес. Я прихожу туда – и чувствую себя идиотом. Совершенно ничего не понимаю в большинстве экспозиций, а современное искусство – так это вообще кошмар, как и фотовстречи. Это же с ума можно сойти – встречаться и целый вечер говорить только о фотографии и аппаратуре. Фотографы – жуткие зануды.
Что касается фамилий – черт побери, я очень боюсь кого-то упустить, потому что хороших друзей–фотографов у меня много. Ну ладно, пусть будут, например, Ашот Геворкян, Рома Шаленкин и дизайн-агентство Feel Factory. Мне понравилось общаться с Ильей Рашапом, мы, например, посетили МК друг друга и остались довольны – он классный дядька. Fundamental Agency, созданное рекламным фотографом Димой Гущиным, собрало в себе классных чуваков. Женя Сафронов, которого мы пригласили в «Клаустрофобию» из Волгограда, теперь целиком возглавил фотоотдел и офигенно снимает квесты. Черт, ты меня поймала врасплох у ворот Шереметьево – напиши про это! Я сидел на чемодане и ел курочку, а тут ты – с важными вопросами. Потому что все, кого я назвал, – это бесконечно малый процент от тех, кого я хотел бы назвать, у меня дурацкая память на имена и мне снова стыдно.
– Мы тут людей учим, поэтому – вопрос традиционный: посоветуй что-то важное, что может чему-то научить: книги, фильмы, сайты? Можно в профессиональном плане, можно – в житейском.
– С этим намного проще, чем кажется. Смотрите фильмы, слушайте музыку и читайте книги, от которых вас дико прет. Весь этот материал будет откладываться в вашей голове и в конце-концов формировать ваше восприятие мира и переносить визуальный опыт на ваши работы, формируя тот самый стиль. Это относится не только к фотографам. Например, режиссер Алексей Красовский сменил почти десяток полноценных профессий и даже успел поработать хирургом. Поверьте, ему есть что рассказать вам. Я, к примеру, использую чужой жизненный опыт – пишу истории о таких интересных людях.
– Не хочешь попробовать себя в видеосъемке, еще каких-то направлениях? Какой вообще следующий рывок?
– О, здесь ты попала в самую точку. Я очень хочу попробовать поснимать видео, мне кажется, это очень интересным и перспективным направлением. Что касается следующего рывка, мне, безусловно, хочется получить большой международный опыт работы. Сейчас я стараюсь стремиться к этому.
– Читательницы интересуются: кто тебя вдохновляет? Вообще-то, они интересуются «что», но я сразу к сути вопроса...
– Что касается вдохновения – думаю, тут все ясно. Меня вдохновляет все, что окружает меня – в основном, это люди, страны, истории, проекты и кино. Есть ли здесь место женщине? Конечно! Моя жена – первый человек, с которым я советуюсь о проектах, идеях. Кроме того, она главный критик моих работ.
Приглашаем на трехдневный онлайн мастер-класс Ильи Нодия «Как снять историю: практикум Ильи Нодия», на котором будут созданы реальные авторские фотопроекты: от начала – и до конца.
Алена Чорнобай avatar
Стальная женщина-пиарщик, расслабленная литературным институтом. Способна написать пресс-релиз гекзаметром, перешутить комика и перекричать пароходный гудок. Единственный блогер, которому официально разрешено использовать обсценную лексику. Пишет летопись школы.
Комментарии (1)
Чтобы оставить комментарий
Вам нужно войти или зарегистрироваться
Sergey Fomin avatar
Sergey Fomin, 7 сентября 2016 в 17:37# | Ответить
Отличная статья, спасибо!
Чтобы оставить комментарий
Вам нужно войти или зарегистрироваться
Задать вопрос